Андрей Пустоваров
Супер-Модератор
Как вольный историк вольным историкам - о прошлом, в котором мы находим силы жить в настоящем.
Мы редко задумываемся о том, когда и как появился тот или иной праздник, или возникла устоявшаяся традиция. И Новый год здесь – не исключение.
Традицией встречать Новый год мы обязаны царю Петру. Петру Великому. В последние дни 1699 года, который в России никогда не был 1699-м, а 7208-м, самодержец подписал два указа, которые внесли в жизнь народа и страны важные новшества. Во-первых, царь повелел производить счисление лет не от сотворения мира, а от Рождества Христова. Разница между двумя летоисчислениями составляла целых 5508 лет. Во-вторых, установил, что отныне новолетие будет начинаться не 1 сентября (дня Семёна Летопроводца), а 1 января. Обосновывая принятые решения, Пётр I, полтора года во главе «Великого посольства» колесивший по Европе и многое у неё почерпнувший, особо подчеркнул то, что подобным образом «считают во многих европейских христианских странах и в народах славянских, которые с православной нашей церковью во всём согласны».
В указе Петра предписывалось день после 31 декабря 7208 года от «сотворения мира» считать 1 января 1700 года «от Рождества Христова».
«Царь подумывал и о переходе с юлианского календаря на григорианский, - утверждает историк Игорь Андреев. - Однако подобное решение, затрагивающее исчисление переходящих дат всех церковных праздников, грозило большими осложнениями и невероятным смятением умов. Здесь даже у Петра не хватило на это смелости, и он отступился».
Невероятное смятение умов... Значит жили были в 7208 году, а тут бац и 1700-й. А тут какая то пара недель. Врядли тут про смелость. Скорее, что при той точности времени какие две недели не играли роли..
Напомню, что юлианский календарь в качестве единого календаря христианского мира был утверждён в далёком 325 году на I Вселенском соборе в Никее. Другие народы мира по-прежнему пользовались собственными календарями. Оказалось, что юлианский календарь расходится с астрономическим. Причём, разрыв этот со временем лишь увеличивался. Проблему попытался решить папа римский Григорий ХIII, чьим именем был назван новый (григорианский) календарь. При его введении сознательно пропустили 10 дней. В результате в 1582 году после четверга 4 октября наступила пятница 15 октября. Примечательно, что не все европейцы отнеслись к нововведению с доверием и энтузиазмом. Не случайно, именно тогда у протестантов возникла поговорка: «Лучше разойтись с Солнцем, чем сойтись с папой».
Истоки современной национальной традиции бездельничать в первые дни Нового года прослеживаются в тех же петровских указах. Именно Пётр Великий первым предписал отдыхать с 1 по 7 января. А так как по юлианскому календарю Рождество в России приходилось на 25 декабря, то Новый год праздновался уже после Рождества. 1 января не приходилось на рождественский пост (как в наше время), что устраивало верующих.
А ещё Пётр I повелел «учинять украшения из древ и ветвей сосновых, еловых и можжевеловых» по большим улицам и над воротами домов. По словам историка новогодних обрядов, доктора филологических наук Елены Душечкиной «к будущей рождественской ёлке указ Петра имел весьма косвенное отношение: во-первых, город декорировался не только еловыми, но и другими хвойными деревьями; во-вторых, в указе рекомендовалось использовать как целые деревья, так и ветви, и, наконец, в-третьих, украшения из хвои предписано было устанавливать не в помещении, а снаружи - на воротах, крышах трактиров, улицах и дорогах. Тем самым ёлка превращалась в деталь новогоднего городского пейзажа, а не рождественского интерьера, чем она стала впоследствии».
К встрече Нового года Пётр Великий готовился основательно. Подданным царя было разъяснено, как им надлежит вести себя в первую неделю года. Требовалось не сидеть по домам, а участвовать в массовых гуляньях, поздравлять друг друга с наступившим Новым годом. Во дворах следовало зажигать костры, а в тесных дворах – жечь хворост или солому в старых бочках, поставленных на столбики.
«Огненные потехи» на Новый год – ещё одно петровское новшество. 31 декабря 1699 года к Кремлю прикатили 209 пушек. В 12 часов на Красную площадь с факелом вышел царь-пиротехник и запустил в небо первую ракету.
В том, что «огненные потехи» в России прижились, став ещё одной новогодней традицией, мы убеждаемся каждый год…
Одним – маскарад, другим - колядование
Преемники великого реформатора поддерживали и развили далеко не все его нововведения. Рождество и Новый год каждый из них праздновал, сообразуясь с собственным вкусом и пристрастиями.
Дочь Петра Елизавета с молодости очень любила маскарады. Зачастую являлась на них в мужском костюме. 2 января 1751 года «Петербургские Ведомости» описали новогодний бал, данный в императорском дворце, в большом зале которого «в осьмом часу началась музыка на двух оркестрах и продолжалась до 7 часов пополуночи». После танцев были накрыты столы «на которых поставлено было великое множество пирамид с конфектами, а также холодное и горячее кушанье». Многочисленных гостей потчевали «разными водками и наилучшими виноградными винами, также кофием, шоколадом, чаем, оршатом и лимонадом и прочими напитками…»
В шумной толпе придворных встречала Новый год и императрица Екатерина II, которая устраивала в последний день уходящего года по-настоящему роскошный маскарад.
Во второй половине ХVIII века широкое распространение получила традиция дарить новогодние подарки. А вот ель в России тогда ещё не наряжали. Это может показаться странным или забавным, но ёлки как опознавательный знак в те времена на крышах кабаков использовали их владельцы. С тех давних пор выражение «идти под ёлку» означало пьянствовать. Не случайно, пьяниц называли «ёлкиными» или «Иванами-ёлкиными».
Петровские реформы раскололи российское общество на европеизированные «верхи» и жившие по заветам дедов и прадедов «низы». Разнилось и отношение разных слоёв общества к встрече Нового года. Меньше других в ХVIII столетии этот праздник интересовал православных русских крестьян, которые, заметим, составляли подавляющее большинство населения Российской империи.
Новый год в те времена был «втиснут» между Рождеством и Крещением, празднование которых у нашего народа имело давно устоявшуюся традицию. Исследователь Марина Громыко в книге «Мир русской деревни» констатировала:
«Время от Рождества (25 декабря) до Крещения (6 января) называется Святками. Всё оно выделялось в деревенской жизни духовным подъёмом в делах церковных, праздничностью – в мирских. Особенно весело отмечались эти дни молодёжью. Каждый вечер устраивались "игрища" молодёжи в избах. Работу на святочные посиделки не брали.
Примечательной чертой этого цикла было колядование, или славление: ходили группами от двора ко двору, исполняли песнопения, посвящённые Рождеству Христову, величания хозяину, хозяйке и их детям. Начинали обычно с церковного песнопения…»
Резвилась молодёжь и на Крещение. К ночи народ собирался у рек и озёр, где служился Великий чин освящения воды. Люди не упускали возможности окунуться в проруби. Окунали в неё и младенцев. Крещенской водой наполняли вёдра и бочки, которые затем развозили по дворам. Там кропили ей избы и скотину.
Традицию наряжать новогоднюю ель в 1818 году заложила у нас принцесса Фредерика Луиза Шарлотта Вильгельмина - дочь прусского короля Фридриха III, ставшая после православного крещения Александрой Фёдоровной и супругой Николая I.
Изначально в Германии ель являлась не новогодним, а рождественским атрибутом.
Достаточно вспомнить известную сказку немецкого романтика Эрнста Теодора Амадея Гофмана «Щелкунчик и мышиный король», сюжет которой позднее лёг в основу великого балета Петра Чайковского. Впрочем, если копнуть глубже, то окажется, что уже в языческие времена у германских племен ель считалась их главным деревом. Издавна германцы ходили в лес, где у самой высокой ели зажигали свечи. Ель украшали цветными тряпочками. Затем пели песни. Позже ёлочки стали срубать, приносить в дома и устанавливать на столе. На них развешивали яблоки и сахарные изделия. Хвойными ветвями украшали жилища. Им приписывали особые свойства – отгонять несчастья и болезни. Ни одно столетие немцы блюли традицию перед сочельником чистить печные трубы. Считалось, что хвоя изгонит нечисть, проникающую в жилище через дымоход.
После крещения германских народов их обычаи и обряды, связанные с почитанием ели, начали постепенно приобретать христианский смысл. Ель стали употреблять в качестве рождественского дерева и устанавливать в домах 24 декабря в Сочельник - канун Рождества. Так ёлочка стала символом Рождества. Но никак не Нового Года. Вот сижу сейчас, 31 декабря, и вижу как еа улице уже валяется выброшеная елка...
Мы редко задумываемся о том, когда и как появился тот или иной праздник, или возникла устоявшаяся традиция. И Новый год здесь – не исключение.
Традицией встречать Новый год мы обязаны царю Петру. Петру Великому. В последние дни 1699 года, который в России никогда не был 1699-м, а 7208-м, самодержец подписал два указа, которые внесли в жизнь народа и страны важные новшества. Во-первых, царь повелел производить счисление лет не от сотворения мира, а от Рождества Христова. Разница между двумя летоисчислениями составляла целых 5508 лет. Во-вторых, установил, что отныне новолетие будет начинаться не 1 сентября (дня Семёна Летопроводца), а 1 января. Обосновывая принятые решения, Пётр I, полтора года во главе «Великого посольства» колесивший по Европе и многое у неё почерпнувший, особо подчеркнул то, что подобным образом «считают во многих европейских христианских странах и в народах славянских, которые с православной нашей церковью во всём согласны».
В указе Петра предписывалось день после 31 декабря 7208 года от «сотворения мира» считать 1 января 1700 года «от Рождества Христова».
«Царь подумывал и о переходе с юлианского календаря на григорианский, - утверждает историк Игорь Андреев. - Однако подобное решение, затрагивающее исчисление переходящих дат всех церковных праздников, грозило большими осложнениями и невероятным смятением умов. Здесь даже у Петра не хватило на это смелости, и он отступился».
Невероятное смятение умов... Значит жили были в 7208 году, а тут бац и 1700-й. А тут какая то пара недель. Врядли тут про смелость. Скорее, что при той точности времени какие две недели не играли роли..
Напомню, что юлианский календарь в качестве единого календаря христианского мира был утверждён в далёком 325 году на I Вселенском соборе в Никее. Другие народы мира по-прежнему пользовались собственными календарями. Оказалось, что юлианский календарь расходится с астрономическим. Причём, разрыв этот со временем лишь увеличивался. Проблему попытался решить папа римский Григорий ХIII, чьим именем был назван новый (григорианский) календарь. При его введении сознательно пропустили 10 дней. В результате в 1582 году после четверга 4 октября наступила пятница 15 октября. Примечательно, что не все европейцы отнеслись к нововведению с доверием и энтузиазмом. Не случайно, именно тогда у протестантов возникла поговорка: «Лучше разойтись с Солнцем, чем сойтись с папой».
Истоки современной национальной традиции бездельничать в первые дни Нового года прослеживаются в тех же петровских указах. Именно Пётр Великий первым предписал отдыхать с 1 по 7 января. А так как по юлианскому календарю Рождество в России приходилось на 25 декабря, то Новый год праздновался уже после Рождества. 1 января не приходилось на рождественский пост (как в наше время), что устраивало верующих.
А ещё Пётр I повелел «учинять украшения из древ и ветвей сосновых, еловых и можжевеловых» по большим улицам и над воротами домов. По словам историка новогодних обрядов, доктора филологических наук Елены Душечкиной «к будущей рождественской ёлке указ Петра имел весьма косвенное отношение: во-первых, город декорировался не только еловыми, но и другими хвойными деревьями; во-вторых, в указе рекомендовалось использовать как целые деревья, так и ветви, и, наконец, в-третьих, украшения из хвои предписано было устанавливать не в помещении, а снаружи - на воротах, крышах трактиров, улицах и дорогах. Тем самым ёлка превращалась в деталь новогоднего городского пейзажа, а не рождественского интерьера, чем она стала впоследствии».
К встрече Нового года Пётр Великий готовился основательно. Подданным царя было разъяснено, как им надлежит вести себя в первую неделю года. Требовалось не сидеть по домам, а участвовать в массовых гуляньях, поздравлять друг друга с наступившим Новым годом. Во дворах следовало зажигать костры, а в тесных дворах – жечь хворост или солому в старых бочках, поставленных на столбики.
«Огненные потехи» на Новый год – ещё одно петровское новшество. 31 декабря 1699 года к Кремлю прикатили 209 пушек. В 12 часов на Красную площадь с факелом вышел царь-пиротехник и запустил в небо первую ракету.
В том, что «огненные потехи» в России прижились, став ещё одной новогодней традицией, мы убеждаемся каждый год…
Одним – маскарад, другим - колядование
Преемники великого реформатора поддерживали и развили далеко не все его нововведения. Рождество и Новый год каждый из них праздновал, сообразуясь с собственным вкусом и пристрастиями.
Дочь Петра Елизавета с молодости очень любила маскарады. Зачастую являлась на них в мужском костюме. 2 января 1751 года «Петербургские Ведомости» описали новогодний бал, данный в императорском дворце, в большом зале которого «в осьмом часу началась музыка на двух оркестрах и продолжалась до 7 часов пополуночи». После танцев были накрыты столы «на которых поставлено было великое множество пирамид с конфектами, а также холодное и горячее кушанье». Многочисленных гостей потчевали «разными водками и наилучшими виноградными винами, также кофием, шоколадом, чаем, оршатом и лимонадом и прочими напитками…»
В шумной толпе придворных встречала Новый год и императрица Екатерина II, которая устраивала в последний день уходящего года по-настоящему роскошный маскарад.
Во второй половине ХVIII века широкое распространение получила традиция дарить новогодние подарки. А вот ель в России тогда ещё не наряжали. Это может показаться странным или забавным, но ёлки как опознавательный знак в те времена на крышах кабаков использовали их владельцы. С тех давних пор выражение «идти под ёлку» означало пьянствовать. Не случайно, пьяниц называли «ёлкиными» или «Иванами-ёлкиными».
Петровские реформы раскололи российское общество на европеизированные «верхи» и жившие по заветам дедов и прадедов «низы». Разнилось и отношение разных слоёв общества к встрече Нового года. Меньше других в ХVIII столетии этот праздник интересовал православных русских крестьян, которые, заметим, составляли подавляющее большинство населения Российской империи.
Новый год в те времена был «втиснут» между Рождеством и Крещением, празднование которых у нашего народа имело давно устоявшуюся традицию. Исследователь Марина Громыко в книге «Мир русской деревни» констатировала:
«Время от Рождества (25 декабря) до Крещения (6 января) называется Святками. Всё оно выделялось в деревенской жизни духовным подъёмом в делах церковных, праздничностью – в мирских. Особенно весело отмечались эти дни молодёжью. Каждый вечер устраивались "игрища" молодёжи в избах. Работу на святочные посиделки не брали.
Примечательной чертой этого цикла было колядование, или славление: ходили группами от двора ко двору, исполняли песнопения, посвящённые Рождеству Христову, величания хозяину, хозяйке и их детям. Начинали обычно с церковного песнопения…»
Резвилась молодёжь и на Крещение. К ночи народ собирался у рек и озёр, где служился Великий чин освящения воды. Люди не упускали возможности окунуться в проруби. Окунали в неё и младенцев. Крещенской водой наполняли вёдра и бочки, которые затем развозили по дворам. Там кропили ей избы и скотину.
Традицию наряжать новогоднюю ель в 1818 году заложила у нас принцесса Фредерика Луиза Шарлотта Вильгельмина - дочь прусского короля Фридриха III, ставшая после православного крещения Александрой Фёдоровной и супругой Николая I.
Изначально в Германии ель являлась не новогодним, а рождественским атрибутом.
Достаточно вспомнить известную сказку немецкого романтика Эрнста Теодора Амадея Гофмана «Щелкунчик и мышиный король», сюжет которой позднее лёг в основу великого балета Петра Чайковского. Впрочем, если копнуть глубже, то окажется, что уже в языческие времена у германских племен ель считалась их главным деревом. Издавна германцы ходили в лес, где у самой высокой ели зажигали свечи. Ель украшали цветными тряпочками. Затем пели песни. Позже ёлочки стали срубать, приносить в дома и устанавливать на столе. На них развешивали яблоки и сахарные изделия. Хвойными ветвями украшали жилища. Им приписывали особые свойства – отгонять несчастья и болезни. Ни одно столетие немцы блюли традицию перед сочельником чистить печные трубы. Считалось, что хвоя изгонит нечисть, проникающую в жилище через дымоход.
После крещения германских народов их обычаи и обряды, связанные с почитанием ели, начали постепенно приобретать христианский смысл. Ель стали употреблять в качестве рождественского дерева и устанавливать в домах 24 декабря в Сочельник - канун Рождества. Так ёлочка стала символом Рождества. Но никак не Нового Года. Вот сижу сейчас, 31 декабря, и вижу как еа улице уже валяется выброшеная елка...
